Да, покойной.
Более благонравный племянник получил бы после своей тетушки двадцать пять тысяч фунтов стерлингов (так сказано в завещании, и я не вижу причин сомневаться в этом), но поскольку вы такой, какой есть, вам придется удовольствоваться ежегодной рентой в сто пятьдесят фунтов.
Впрочем, я считаю, что с этим вас тоже можно поздравить.
Можно! - не то плача, не то смеясь, проговорил Дик.
Можно, сэр! Потому что, видит бог, мы отдадим бедную маркизу в школу, и она у нас будет ученая! Ей суждено ходить в шелках и серебром сорить*, или не подняться мне никогда с одра болезни! ГЛАВА LXVII Не ведая о событиях, правдиво описанных в предыдущей главе, не подозревая о пропасти, разверзшейся у него под ногами (ибо наши друзья, опасаясь, как бы он не пронюхал, что ему грозит, окружали каждый свой шаг строжайшей тайной), мистер Квилп по-прежнему сидел у себя в конторе и в полной безмятежности наслаждался плодами своих козней.
Углубившись в подведение кое-каких счетов - занятие, которому тишина и одиночество только благоприятствуют, - он не показывал носа из своей берлоги уже вторые сутки.
Наступил третий день, а карлик все еще был погружен в работу и не собирался никуда выходить с пристани.
